?

Log in

No account? Create an account
новый

Реальная Вселенная всегда, пусть на один шаг, опережает логику

Previous Entry Share Next Entry
Влияние Ирана на Ближнем Востоке растет
новый
ray_idaho

Не верь тому, кто говорит красиво, в его словах всегда игра.
Поверь тому, кто молчаливо, творит красивые дела.
Омар Хайям


Экономика Ирана

1. Иран против «Исламского государства»: За что воюет Тегеран? «Исламское государство» никакой серьезной военной угрозы для Ирана не представляет. Тегеран мог бы поступить и еще проще – передоверить все «коалиции кающихся» во главе с США, которые вот уже несколько месяцев победно рапортуют о своих успехах в борьбе с «Халифатом». Джон «Лгунишка» Керри на днях вообще заявил о том, что «международная коалиция отвоевала у ИГИЛ уже 22 процента населенной территории в Ираке и Сирии», − стало быть, Ирану вообще не стоит ни о чем беспокоиться. Но в том и дело, что война с «Исламским государством» имеет для Тегерана совершенно иное измерение – Иран и его региональные союзники борются против «переформатирования Ближнего Востока», в котором исламисты – лишь пешки и расходный материал. А истинные организаторы и «выгодополучатели» − в Вашингтоне, Эр-Рияде, Анкаре и Тель-Авиве. Такова суровая реальность войны против ИГИЛ и всего, с нею связанного.

«Исламское государство» не появилось внезапно и ниоткуда, как порою пытаются нам внушить. Данные о том, что в Ираке планируется масштабный мятеж против шиитского правительства аль-Малики, были получены иранской разведкой еще в конце 2012 года, а весной 2013 глава иранского министерства информации Хейдар Мослехи официально предупредил об этом Багдад. Более того, изначально было ясно, что организацию этого мятежа финансирует Саудовская Аравия, покойный ныне король которой, Абдалла, еще в 2009 году явил, что Малики является «иранским агентом», а его правление «открыло дверь для иранского влияния в Ираке». С учетом маниакальной саудовской иранофобии данное заявление было равносильно приговору, вынесенному иракскому премьеру саудовским монархом. Именно поэтому, когда американский сенатор Маккейн нелегально прибыл летом 2013 на территорию Сирии, на его встрече с исламистами присутствовал и будущий «халиф» аль-Багдади.

2. Иран-Пакистан: «Подводные камни» на пути партнерства. Газопровод и стабильность на границах – решение двух этих важнейших проблем, казалось бы, создает серьезные предпосылки для тесных партнерских отношений между Тегераном и Исламабадом. Более полутора миллионов паломников-шиитов из Пакистана, ежегодно посещающих Иран, должны цементировать эти предпосылки.

Нет никаких сомнений, что основными противниками газопровода «Иран-Пакистан» являются Вашингтон и Эр-Рияд. Причем, и американцы, и саудиты, обладают вполне серьезными рычагами для срыва этого проекта. Достаточно вспомнить, что в 2012 году, когда казалось, что все необходимые соглашения между Тегераном и Исламабадом по строительству IP вот-вот будут подписаны, на территории Пакистана произошел всплеск активности как местных террористических группировок, так и «внезапно» появившихся гражданских активистов. Стремясь сорвать подписание документов по этому проекту, посол США в Исламабаде Ричард Олсон, отбросив всякую дипломатию, открытым, что называется, текстом, заявил о возможном введении санкций против страны в случае продолжения реализации идеи газопровода. А буквально через пару недель, уже в январе 2013 года, в качестве демонстрации возможностей Вашингтона влиять на Пакистан, столица страны была на несколько дней парализована «маршем миллионов», выступавших против «коррумпированной политической системы».

3. Иран создал крылатую ракету «Соумар» с дальностью стрельбы до 2500 км. Дальность стрельбы ракеты "Soumar" составляет 2500 км, что создает серьезную угрозу для всех судов, плавающих в зоне Персидского залива, в частности, ВМС США, а также многих других стран, которые далеки от Ирана. Конструкция ракеты основана на советской крылатой ракете, предположительно похищенной в Украине 12 лет назад, которая сделала свой путь в Иран через Китай. Министр обороны Исламской Республики Иран бригадный генерал Хусейн Дахган (Hussein Dahqan) также отметил, что Корпусу стражей Исламской революции передано большое количество баллистических ракет большой дальности “Qadr” и “Qiyam”.

Кроме того, в ходе официальной церемонии, прошедшей при участии секретаря Высшего совета национальной безопасности Али Шамхани и Командующего морскими силами армии Исламской Республики Иран Хабибуллы Сайяри, состоялось присоединение символа твердости и мощи современного Ирана новейшего эсминца «Демавенд» к четвертому району ВМС армии Ирана на севере страны в Каспийском море. Одной из ключевых систем, установленной на эсминце, является радар ASR. Это первый иранский 3D-радар с фазированной антенной решеткой, который способен находить цель на расстоянии 200 километров. Одной из важнейших особенностей этого радара считается обнаружение и отслеживание воздушных и надводных объектов, слежение одновременно за 100 целями и противостояние электронной войне.

4. Новый Ближний Восток: заключение ядерного соглашения и рост иранского влияния в регионе. Верховный представитель ЕС по иностранным делам Федерика Могерини (Federica Mogherini), выступая на межпарламентской конференции в Риге несколько дней назад, заявила, что «хорошее соглашение (с Ираном) — в пределах досягаемости». Пока участники переговоров с оптимизмом смотрят в будущее и ожидают заключения соглашения, иранские войска продолжают победно шествовать по странам региона: Йемену, Ираку, Сирии. Создается впечатление, что судьба этих государств стала предметом торга и разменной монетой на переговорах Ирана со странами Запада. Он согласился пойти на уступки только за определенное «вознаграждение», и в настоящее время стороны просто обсуждают его объем. «Технические формальности» и задержка в заключении соглашения связаны с необходимостью успокоить иранское и американское общественное мнение и убедить иранцев отказаться от своего национального права на разработку ядерных технологий. Все заверения Вашингтона в прозрачности сделки с Ираном, которые он предоставил монархиям Персидского залива и некоторым другим арабским странам, выглядят весьма неубедительно.

После окончания войн в Афганистане и Ираке Иран также стал вкладывать ресурсы в еще одну сферу, справедливо решив, что они принесут ему крупные дивиденды в долгосрочном периоде. Я имею в виду поддержку Ираном арабских религиозных и идеологических организаций, занимающих прочное положение в арабских обществах и действующих на легальной основе. Речь идет о шиитских партиях, вооруженных силах и партизанских отрядах в Ираке, правящем режиме, вооруженных силах и «Народной армии» алавитов в Сирии, «Хезболле» в Ливане и хуситах в Йемене. От Ирана можно потребовать вывести свои войска из этих стран, но как быть с местными проиранскими силами, выступающими за создание ядерного оружия и присутствие Ирана в арабских государствах и, в частности, в четырех столицах? Выдворить их из их собственных стран не удастся, они являются их частью, и играют не меньшую роль, чем демографический или военный факторы.

5. Страны ССАГПЗ против нормализации отношений с Ираном. События, разворачивающиеся в нескольких странах региона, вернее в «четырех арабских столицах» т.н. шиитской дуги (Багдад, Дамаск, Сана и Бейрут), которые Тегеран справедливо считает зоной своего влияния, указывают, как полагают в Эр-Рияде, Дохе, Манаме и Эль-Кувейте, на то, что Иран всерьез намерен активизировать там свою деятельность и усилить свое влияние. Причем эти арабские «шиитские партнеры» Ирана якобы могут придать легитимный характер его ничем не доказанной «интрузивной» деятельности в арабских странах, прежде всего ССАГПЗ, где проживают крупные шиитские общины. Это вызывает серьезную тревогу у арабских государств Персидского залива, иногда граничащую с истерией. Отсюда еще один тезис ССАГПЗ: после окончания войн в Афганистане и Ираке Иран якобы стал значительно более активно поддерживать арабские шиитские религиозные и идеологические организации, занимающие заметное положение в арабских обществах и действующие легально.

В итоге страны ССАГПЗ будут вооружаться и дальше. Частью такой стратегии является увеличение оборонного бюджета Саудовской Аравии до 64,4 миллиарда долларов в 2014 году. И без этого Саудовская Аравия может похвастаться впечатляющим арсеналом (более 650 самолетов, 800 боевых танков, около 5 500 бронемашин и т.д.). Видимо, приобретение дорогого оружия является своеобразной страховкой, призванной показать Вашингтону важность сохранения такого хорошего клиента, пусть даже часть закупленной техники будет просто пылиться на складах. Как бы то ни было, постепенно перемещаясь в АТР, где быстро набирает силу Китай, американцы продолжат шаг за шагом отходить от дел на Ближнем Востоке, потихоньку позволяя «местным» державам разбираться самим в отношениях между собой.

Вокруг света - Иран



Оригинал

  • 1
Омар Хайям иранец? привет, Рей! Красивый народ)

там много народов - ираноязычные (персы, таджики, курды), тюрки (азербайджанцы, туркмены), арабы

да, Омар Хайям - перс, жил в Средней Азии и Иране

Интересно, что до 16 века персы были суннитами. А обратили их в шиизм... турки, точнее, радикальные шииты тюрки-кызылбаши, захватившие власть в Иране в начале 16 века.

ислам вообще в силу специфики возникновения и соответственно структуры Корана достаточно активная религия

  • 1